Туркмения. Плато Устюрт. Дашогузский велаят. Крепость Довкесен

Народная молва связывает этот город-крепость с именами легендарных Фархада и Ширин, история любви которых считается одной из самых излюбленных на Востоке. В Довкесене, среди руин неизвестных зданий, окруженные неприступными стенами, ощетинившимися бойницами, высятся два безымянных мавзолея. В каждом из них есть два надгробия, и как считают местные жители, в каком-то из мавзолеев похоронены Фархад и Ширин.

Считается, что предание о любви иранского царя Хосрова II Парвиза (590-628) к царевне Ширин впервые было упомянуто в придворной хронике сасанидов еще в VII веке, т.е. до покорения Ирана арабами, в частности легенда эта вошла и «Шах-намэ» Фирдоуси. В народной среде также бытовали различные сказания, связанные с именами этих героев. Но в 1181 году в поэме знаменитого индо-персидского поэта Низами «Хосров и Ширин» возникает образ простого ремесленника, каменотеса Фархада, безответно влюбленного в прекрасную Ширин. А в 1483—1485 гг. к этому сюжету обращается великий узбекский поэт Алишер Навои — Фани, который в поэме «Фархад и Ширин» неразрывно связывает этих героев. Отныне все разнообразные восточные легенды о Фархаде и Ширин будут повествовать об их неземной, предопределенной, фатальной любви. Исторические и географические реалии этих восточных поэм связаны с довольно обширной территорией Средней Азии и, отчасти, Закавказья и поэтому, достоверно определить место действия, практически, невозможно. А популярность легенды о Фархаде и Ширин, естественно, еще больше расширяет круг возможных реальных исторических мест, в которых могли происходить события этого сказания.

В действительности, существование Довкесена или Везира начинается с IV века до н.э. и определяется ранней историей Хорезма, а именно периодом, когда Амударья вновь возвращается в Присарыкамышскую дельту. Этот город-крепость был возведен по всем правилам тогдашней фортификации, в которой учитывалось как стратегическое положение города на случай обороны, так и земледельческие проблемы, связанные с оросительными мероприятиями. Именно поэтому Довкесен и был построен на основе останцовой возвышенности, в области левобережья реки. Характерно, что архитектура города была каменной, а у подножья крепости был расположен естественнный водный канал.

Размеры Довкесена по масштабам древности грандиозны, и в этом смыле, по мнению археологов, он не имеет аналогий с другими старинными городами Средней Азии. И сегодня, спустя многие столетия вызывает восхищение оборонительная мощь крепости, укрепленной толстыми стенами, множественными башнями с узкими отверстиями-бойницами.

Учитывая постоянный риск военных набегов древние хорезмийцы расположили свои жилые дома вдоль крепостных стен, и, таким образом, огромная срединная площадь Довкесена оставалась свободной, так как предназначалась исключительно для укрытия всего населения в случае опасности.

Интересно, что историки связывают генетическое происхождение жителей Довкесена с племенами массагетов, занимавших в древности территорию Древнего Хорезма в прикаспийских равнинах, Устюрте и Мангышлаке. Поэтому необходимо упомянуть и о том, что писал о массагетах древнегреческий историк Геродот, который называл их огнепоклонниками, и особенно подчеркивал, что эти племена не знают железа и серебра, но в изобилии используют медь и золото.Конечно, Довкесен не знал Фархада и Ширин. И рассказ о том, что именно здесь умер Фархад, в безуспешной попытке разбить скалу и дать путь воде, что именно сюда тайно проникла Ширин, чтобы отдать своему возлюбленному свое сердце и жизнь — это всего лишь романтическое преувеличение, прекрасная в своей искренности и неподдельном чувстве сказочная притча. Но именно она привлекает в Довкесен множество паломников, которые приходят поклониться праху неизвестных им людей, в надежде, что судьба подарит им чувство столь же сильное и гордое, неподвластное времени и разлуке.

В далекие, легендарные времена город был разрушен, и жизнь в нем медленно иссякла. Остались только мавзолеи, чутко хранящие тайну погребенных в них людей. Их купола устремляются небесную высь, они плавятся в мареве солнца, мерцают отраженным светом луны, перекликаются с безжалостным, наметающим песок ветром пустыни. Внутри мавзолеев есть винтовые лестницы, если подняться по ним на крышу, то перед глазами открывается безбрежный, бескрайний пейзаж, оживляемый лишь редким песчаным вихрем.

Довкесен пуст и безмолвен. Обитателей крепости днем не встретить — это ночные жители — совы,
лисы, змеи, ящерицы. Они столь же молчаливы как памятники старины. И там, где когда-то неудержимо бурно и радостно плескалась река жизни, где встречались и расставались, любили и ненавидели, хранили верность и честь, только две ящерицы встретили нас. Застыв на стене мавзолея, в полумраке входа, они напомнили о старинной легенде о любви Фархада и Ширин.

Информация http://www.tourism-sport.gov.tm/articles/tourismandev/012000/_dovkes.html
Фото http://kungrad.com/index/album/

Запись опубликована в рубрике Обо всём. Bookmark the permalink. И комментирование и trackback'и в настоящий момент закрыты.